Макарьевский Желтоводский монастырь – безусловно, жемчужина нижегородского Поволжья. Он чудо как красив с воды, с Волги, и даст фору любым прославленным обителям и крепостям русского Севера, которые точно, как он, вырастают из бездны своими куполами и башнями перед взором путника.

Вид монастыря с юго-запада, с Волги. Фото М.П.Дмитриева

Вид монастыря с юго-запада, с Волги. Фото М.П.Дмитриева

 

Но история монастыря полна куда менее красивых историй. Мы не оставляем ни на минуту мысли, что этот монастырь, конечно, был наполнен благочестивыми, и набожными людьми. В этой истории нет правых и виноватых. Это – просто история, как она есть. И, конечно, события, порой неприглядные, которые происходили вокруг этих стен, не бросают никакой тени на величие и благость этого места.

г. Макарьево, Нижегородская область.

Рисунок 1 г. Макарьево, Нижегородская область.

 

Чувство покоя и просветления, которое охватывает посетителя, не с чем сравнить. Но наш сайт посвящен истории, и мы должны рассказать все.

Монастырская легенда, которую безо всякой критики приняли на вооружение если не историки, то авторы популярных брошюр, уверяет, что монастырь основан в 1434 году. Свершил это, якобы, священнослужитель Макарий, уроженец Нижнего Новгорода. Поскольку он поставил обитель возле Желтого озера, ныне скрытого водами разлившейся Волги, его самого с тех пор прозвали Желтоводским. Легенда говорит, что уже через пять лет, в 1439 году, татарский хан Улу Мухаммад напал на монастырь, сжег его, а всю братию (надо полагать, на тот момент немногочисленную), забрал в плен. Вскоре, впрочем, зауважав Макария, хан отпустил его, взяв обещание не возобновлять монастырь на прежнем месте. Макарий, воспользовавшись оговоркой («на прежнем месте»), ушел в костромские леса, где поставил обитель у реки Унжи, которая сохранилась до нашего времени. А на Желтом озере до 1620-х годов наступила тишина. Так что в России ныне два Макарьевских монастыря.

Попробуем понять, есть ли у этой легенды исторические корни. Конечно, когда в начале 17-го века на берегу Желтого озера застучали топоры, возвещая основание новой обители, ее строителям отнюдь не помешала бы легенда, что монастырь был на этом месте и раньше. Это необходимо было как для обоснования прав на землю, так и для получения от правительства особых льгот. В истории монастырского и церковного строительства 17-го века к аргументам о «древности» прибегали не раз. Однако, подозревать монахов 17-го века в обмане только на том основании, что им был выгоден этот обман – рука не поднимается. Лучше посмотрим, что говорят документы. И начнем, пожалуй, с личности самого Макария.

«Житие» Макария написано в 19-м столетии, на основании трех рукописей, хранившихся в Унженском, Нижегородском Печерском и Желтоводском монастырях. Все рукописи восходят ко второй половине 17-го века.

«Житие» Макария свидетельствует, что он родился в Нижнем Новгороде в 1349 году. Но на самом деле в первоисточнике дата рождения Макария отсутствует, она вычислена публикаторами «Жития» на основании исторических реалий – упоминания в рукописях тех или иных лиц. Однако, чтобы согласовать все противоречия, пришлось сделать Макария изрядным долгожителем – так, Желтоводскую обитель он основывает уже в очень преклонном возрасте. Авторы «Жития» указывают, что они сознательно отмели две другие даты, встречаемые в «некоторых книгах» (они не говорят, в каких) - 1309 и 1409, хотя, на наш взгляд, вторая дата вполне соответствует «костромской» части деяний Макария, тогда как первая и в самом деле фантастична.

Макарьево, Нижегородская губерния

Макарьево, Нижегородская губерния

 

Макарий, говорит далее «Житие», родился в состоятельной семье, в приходе храма Жен Мироносиц. Могла ли существовать эта церковь в 14-м столетии? Нынешнее здание, сильно перестроенное, возведено в 1649, то есть примерно в то время, когда усилиями монахов Желтоводского монастыря складывалась легенда о Макарии. До этого на месте каменной церкви стояла деревянная, но упоминаемая впервые тоже поздно, лишь в 1535 году. Таким образом, документов о бытовании храма в 14-м столетии нет. Район, где стоит храм, Ильина Гора, густо застроен памятниками старины, но все – 17-го века. Стена посада, огородившая городскую территорию, и в самом деле включала в свой состав Ильину Гору, но лишь с 1363-го года, когда нижегородский князь повелел «город сыпати». До этого район вряд ли был сильно заселен, поскольку его отделяет от крепости глубокий овраг, и в случае чего обитатели посада не смогли бы быстро укрыться под защиту стен. Правда, Ильина Гора примыкает к загадочному Старому Городку, но тоже не вплотную, да и сам Старый Городок, скорее всего – московская крепость начала 15-го века, где сидел карательный гарнизон. Таким образом, «точное» указание на место рождения Макария, скорее всего, легенда. 

Рассказав о необыкновенной религиозности Макария буквально с младенчества, «Житие» далее говорит, что он возлюбил Печерский монастырь, где проводил все свободное время. Факт основания Печерского монастыря около 1330 года вроде бы не вызывает сомнений. 12-ти лет от роду Макарий становится иноком этого монастыря, постригшись в храме Вознесения. Такой храм и в самом деле есть в монастыре. И, хотя в 14-м столетии монастырь находился не на нынешнем месте (в 1597 году ему пришлось переехать из-за оползня), это мало что меняет: в том, прежнем монастыре церковь Вознесения тоже была.

Вид Макарьевского монастыря. Фото М.П.Дмитриев. 1910 - 1912 гг.

Вид Макарьевского монастыря. Фото М.П.Дмитриев. 1910 - 1912 гг.

 

Макарий проявлял чудеса подвижничества, отказавшись свидеться даже с безутешными родителями – ведь он бежал из дома тайно. Однако, вскоре и Печерский монастырь стал ему слишком шумен, и он удалился куда подальше, вверх по течению Волги. У реки Луха, что в костромских пределах, он познакомился с отшельником Тихоном, и они основали обитель у слияния рек Лухи и Добрицы. Потом местные крестьяне их прогнали, и «коллеги» разошлись. Макарий двинулся по реке Добрице, и через 60 верст остановился на берегу Волги, близ слободы Решмы Юрьевецкого уезда. Устроив там пустынь, имевшую больше успеха в глазах местных жителей, которая еще в 19-м столетии известна была как Макарьевская, через какое-то время он бежал и оттуда. И, спустившись 200 верст по Волге, остановился на Желтых водах, в месте, о котором и идет наш рассказ.

Очевидно, что перед нами или судьба уникального человека, который основывал обитель за обителью, или попытка приписать легендарному иноку основание множества обителей, подлинные данные о начале которых утрачены

«Житие» говорит, что сначала Макарий вырыл на новом месте лишь убогую пещеру, но к нему стали стекаться люди, и, уступая их просьбам, он в 1434 году основал «правильную» обитель во имя Троицы. Обитель, как и храм Троицы, законченные в 1435 году, были деревянными. Заметим, что в этот момент Макарию должно было быть уже 85 лет. Читатель «Жития» ловит себя на том, что он еще воспринимает Макария как если не отрока, то хотя бы зрелого человека, и вдруг, обращая внимание на даты, замечает, что тот – уже старик. Значит, или «Житие» пропускает какие-то существенные моменты его жизни, или вся ранняя часть его биографии просто легендарна.

Новый монастырь стал известен великому князю Василию, который в это время скрывался от преследований Дмитрия Шемяки в Нижнем Новгороде (шла феодальная война). Гонимый князь якобы несколько раз съездил в монастырь, и даже дал ему денег на развитие. Однако, на самом деле Василий жил в Нижнем беглецом всего два месяца в 1425 году. Стало быть, эпизод об участии Василия в основании монастыря легендарен.

Тем не менее, читаем «Житие» дальше. Макарий, говорит оно, развернул активную миссионерскую деятельность среди «мордвы, татар, черемис и чуваш». Понятно, что чуваш в то время как таковых еще не было, и они – те же черемисы, как называли пра-чувашей в 16-17 веках. И тут досадная ошибка, которая, однако, не должна заслонять факта: если обитель и в самом деле была на этом месте в это время, она должна была стать агрессивным центром христианизации. Крещение проходило прямо в водах Желтого озера, названного за то Святым, которое тогда плескалось у самых врат монастыря, а ныне слилось с Волгой.

Далее на сцене появляется казанский хан Улу Мухаммад, который, как пишет «Житие», «случайно» нападает на обитель, и в 1439 году уничтожает ее, убив многих монахов. Макарий попадает в плен вместе с оставшимися в живых товарищами. И действительно, именно в 1439-м году этот хан совершает масштабный, но далеко не «случайный» поход на Нижний Новгород. Он захватывает город, который становится базой его похода на Москву. Москвы Улу взять не смог, и в том же году вернулся в Казань. Вроде бы логично, что хан именно в этот поход разрушил обитель. Но, прочитав комментарий к «Житию», мы узнаем вдруг, что имени Улу Мухаммада, оказывается, в первоисточнике не было. В рукописях татарский начальник назван расплывчато «воеводой», но сочинителю «Жития» показалось логичным, что воеводой был сам хан. Отсюда понятно, что дата погрома монастыря искусственно привязана к исторически известному походу Улу Мухаммада. 

Тронутый сединами старца, Улу Мухаммад напомнил своим более кровожадным подельникам о Боге, и приказал его опустить. Это похоже на хана: как говорит Казанский летописец, еще в пору «казачества» Улу Мухаммад как-то помолился в христианской церкви, попавшейся ему по дороге. Однако, был ли хан вообще при этих делах, как уже говорилось, мы не знаем. Освободив вместе с Макарием 40 его товарищей, хан приказал, чтобы они поставили новый монастырь где угодно, только не на этом месте. Такой шаг тоже выглядит логичным: монастырь находился в опасной близости от Казани, и при случае мог стать или сильной крепостью, или конкурентным торгом, соперником Казанской ярмарки. «Житие» говорит, что Макария держали в плену в Казани. Это не слишком вероятно. Судя по тексту, весь эпизод происходил очень быстро. Вероятно, Макария просто не успели довезти до Казани, и все, с ним описанное, могло происходить или в Нижнем, или в походной ставке хана, но сочинитель «Жития» просто не знал таких тонкостей. Тем не менее, «Житие», ничтоже сумняшеся, говорит, что по пути из Казани Макарий зачем-то остановился у Свияжска, где основал еще одну Макарьевскую пустынь, что с учетом его возраста, морального состояния, политической обстановки, а также того, что Свияжск до того ничем не выделялся на волжском берегу, вызывает лишь улыбку. Конечно, и эта легенда появилась только после того, как Иван Грозный поставил в Свияжске свою крепость – как доказательство «исконности» русского владения этими землями, на самом деле всегда принадлежавшими сначала Булгарии, потом Золотой Орде, и, наконец, Казанскому ханству.

Вид на Макарьевский Желтоводский монастырь

Вид на Макарьевский Желтоводский монастырь

 

После того, как Макарий похоронил павших монахов, тела которых, уверяет «Житие», до сих пор почивают близ алтаря Троицкого собора Желтоводского монастыря, святитель решает вернуться в костромские пределы, но не на реку Луха, где еще была жива его слава, а, по обыкновению, в место пустынное, на реке Унже. Город Унжа, говорит «Житие», уже был, хотя и малонаселенный, однако, Макарий не захотел в нем оставаться. Проверить факт существования города в то время не представляется возможным. Обычно считается, что этот населенный пункт возник как посад возле монастыря, и лишь очень поздно стал городом. Так или иначе, в том же 1439 году Макарий возводит новую обитель, Унженскую. В 1444 году, 95-ти лет от роду, он скончался.

Каков же итог нашего сопоставления текста «Жития» и исторических реалий? Перед нами, скорее всего, легенда, сочиненная в 17-м столетии в "возобновляемом", а на самом деле вновь основном Желтоводском монастыре, и поправленная на предмет относительного сообразия с историей публикатором «Жития» в 19-м столетии. Тем не менее рассказ, не верный по фактуре, глубоко верен по духу, и отражает какие-то легенды и предания, повествовавшие о первых годах складывания Казанского ханства, годах неспокойных и жестоких.

 

Продолжение следует....

Статья создана на основе материалов с сайта Археология.

Зарегистрируйтесь, пожалуйста, чтобы комментировать материалы сайта.

GearBest.com INT
Huawei