Техническое переоснащение мельниц началось еще при Александре Петровиче: водяные колеса заменили турбинами, добавили к ним паровые двигатели. Однако под влиянием мирового аграрного кризиса и промышленного переворота конкуренция на хлебном рынке продолжала обостряться. Особенно резко понизились хлебные цены с 1884 года, именно тогда во главе бугровской фирмы встал Николай Александрович.

Падением хлебных цен обеспокоилось и правительство, ибо хлеб был тогда главным предметом российского экспорта. «Для изучения мер к поднятию мукомольного дела в России и к установлению сбыта муки за границу» Министерство государственных имуществ принимает решение о созыве в Москве съезда мукомолов. Созвать его удалось только в 1893 году. Обсудив положение дел на европейском мучном рынке, съезд предложил российским мукомолам модернизировать технологию производства, перейти от традиционного жернового размола, дававшего муку грубую, к помолу вальцовому, более качественному.

С этого времени мукомольные съезды собирались довольно часто во время Нижегородской ярмарки. Так в 1907 году на Нижегородской бирже собрались мукомолы Среднего Поволжья для обсуждения новых правил работы мельниц, выработанных VIII Всероссийским съездом мукомолов. В 1908 году, собравшись в Нижнем Новгороде, мукомолы Верхнего Поволжья решили открыть здесь мукомольную школу для подготовки грамотных специалистов, способных работать на новом оборудовании по новейшей технологии.

Школа была создана на базе начального училища при башкировской мельнице в Канавино (ныне Приокская, 6).

Канавино. Внешний вид Башкировского училища. Дата 1913 г. Автор М.П. Дмитриев

Канавино. Внешний вид Башкировского училища. Дата 1913 г. Автор М.П. Дмитриев

 

Избрали Попечительский совет школы, куда вошел и Н.А. Бугров. Разработали Устав школы, в том же 1908 году его утвердило Министерство торговли и промышленности. Устав гласил, что школа «учреждается с целью подготовлять образованных техников мукомольного дела: крупчатников, монтеров, опытных мельников». Это было среднее профессиональное учебное заведение. Принимались в школу мальчики 12—14 лет, окончившие начальные училища. Если число желающих превышало количество мест, проводились конкурсные испытания. Срок обучения - 5 лет. Учащиеся изучали Закон Божий, русский и немецкий языки, русскую историю, математику, физику, химию, географию, прикладную механику, технологию мукомольного дела, зерноведение, сопромат, архитектуру, строительное дело, счетоводство. Обучение было платным - 30 рублей в год. Попечительский совет школы набирал преподавателей. Это были отличные специалисты, и труд их высоко оплачивался: 60 рублей за каждый урок и 50 рублей за практическое занятие (чтобы представить себе уровень такой «зарплаты», достаточно сказать, что тогда, в начале XX века, даже чернорабочий с месячным окладом в пять рублей мог содержать семью). Практические занятия были неотъемлемой частью обучения. Они проходили в учебных мастерских и на башкировской мельнице(фото есть ), располагавшейся неподалеку Свидетельство на звание техников мукомольного дела выпускники получали, только пройдя двухлетнюю стажировку. Надо добавить, что таких школ в России было всего четыре: в Одессе, Варшаве, Митаве (Литва) и Нижнем Новгороде.

Канавино. Внешний вид бывшего Башкировского училища. Наши дни

Канавино. Внешний вид бывшего Башкировского училища. Наши дни

 

Итак, подготовка специалистов была налажена. Но уже в последнее десятилетие XIX века российские мукомолы, чтобы выдержать конкуренцию с американцами, начали ускоренными темпами перестраивать свои мельницы на вальцовый помол, заменяя дедовские жернова вальцовыми станками. У жерновов и вальцов разные принципы размола: жернова растирают зерно кремневыми камнями, а вальцы (металлические и фарфоровые цилиндры с насечками) дробят его в мелкую крупку, что дает помол крупчатый, самый качественный. Сортировка муки стала производиться не на глаз и ощупь, а механическими рассевами.

Н.А. Бугров приступил к модернизации одним из первых. Паровые котлы и машины поступали к нему с завода У.С. Курбатова, где их творил механик-самородок В.И. Калашников. Сын его писал в своих воспоминаниях: «Из всех капиталистов отец выделял Бугрова и охотно принимал его заказы. И это понятно. Бугров был крупнейшим предпринимателем, заказы его представляли большой интерес, в расчетах за выполнение работы он обходился без скаредности, отличался точностью и аккуратностью. Бугров не раз заказывал моему отцу паровые машины для своих пароходов, мельниц, лесопильного завода... В 1885 году Василий Иванович проектировал паровые котлы для буксирного парохода «Сейма», которые были поставлены взамен старых котлов локомотивной системы. Через два года отец построил паровую машину для мельницы Бугрова на Линде. Вслед за тем он получил новый заказ на паровую машину мощностью в 1000 лошадиных сил для мельницы на реке Сейме. Эта машина была настолько удачна, что в скором времени хозяин заказал вторую такую же машину для другой своей мельницы».

Вальцовые станки и рассевы Бугров заказывал на нижегородском заводе Добровых и Набгольц (в советские годы завод им. Я. Воробьева).

Корпус завода Добров и Набгольц  (дом №43)

Корпус завода Добров и Набгольц  (дом №43)

 

По заказам его работали фирмы П.Е. Виноградова, братьев Кузнецовых, Крашенинникова, Окулова, Вогау и К, Эрлагер и К, Бюллера, Ганца и другие. На Новишенской мельнице у него имелась своя механическая мастерская, оборудованная не только всевозможными станками, но и печью-вагранкой для выплавки металла, позволявшей отливать детали для монтажа и ремонта мельниц. К концу века производительность бугровских мельниц так выросла, что Николай Александрович вышел на первое место среди мукомолов всего Поволжья. К 1895 году его мукомольное хозяйство составляли:

1. Мельница Передельновская у деревни Передельново Мысовской волости Балахнинского уезда на реке Сейме. Здание каменное, два водяных двигателя по 70 лошадиных сил и две паровые машины при четырех котлах мощностью в 245 лошадиных сил. Работало 6 пар жерновов и 70 вальцовых станков, из коих 44 металлических и 26 фарфоровых, 82 рассева, в том числе 70 цилиндрических и 12 плоских. В мастерской при мельнице -51 станок разных профилей. Мельница перерабатывала в год до 1 миллиона 600 тысяч пудов зерна и производила до двух миллионов пудов муки, крупы и отрубей - 620 тысяч пудов крупчатки (муки самого тонкого размола), 680 тысяч пудов пшена, 60 тысяч пудов пшеничных отрубей. На этой, самой крупной бугровской мельнице, как и на других, сохранили часть жерновов для грубого помола. И даже заказывались новые на заводе Добровых и Набгольц, так называемые жернова-богатыри. Оценивалась Передельновская мельница в 323 440 рублей и приносила годовой доход в 92 504 рубля. На ней было занято 290 постоянных рабочих.

2. Мельница Новишенская на реке Сейме у деревни Новишки Мысовской волости Блахнинского уезда. Двигатели: одна водяная турбина в 35 лошадиных сил и одна паровая машина при четырех котлах в 200 лошадиных сил. В работе были четыре пары жерновов и 38 вальцовых станков, из коих 12 фарфоровых, остальные металлические, 29 рассевов плоских, 33 цилиндрических, 81 транспортер. Эта мельница производила в год до полутора миллионов пудов муки-крупчатки и 30 тысяч пудов пшеничных отрубей. Оценивалась она в 247 180 рублей и давала годовой доход в 70 693 рубля. Обслуживали мельницу 200 рабочих.

3. Мельница Володиха в Кантауровской волости Семеновского уезда в устье реки Линды. Двигатели: одна водяная турбина на 30 лошадиных сил и паровая машина с тремя котлами в 70 лошадиных сил. Мельница деревянная, машинное отделение каменное. Действовали три пары жерновов и 35 вальцовых станков, из коих 14 металлических, остальные фарфоровые. В год мельница вырабатывала до 500 тысяч пудов ржаной муки и до 50 тысяч пудов пшена на общую сумму 1 350 000 рублей. Оценочная стоимость мельницы 121 230 рублей, годовой доход 34 672 рубля. Обслуживали ее 170 рабочих.

4. Мельница Середняя или Береза на Линде у деревни Петухово Кантауровской волости Семеновского уезда. Деревянная с каменным пристро-ем для паровой машины. Двигатели: одна водяная турбина на 30 лошадиных сил и паровая машина с тремя котлами в 70 лошадиных сил. На ней 8 пар жерновов и 28 вальцовых станков, 12 цилиндрических рассевов и 12 транспортеров. В год производилось до 150 тысяч пудов муки-крупчатки и 56 тысяч пудов пшена на общую сумму в 625 тысяч рублей. Оценочная стоимость мельницы составляла 50 280 рублей с годовым доходом в 14 380 рублей. Мельницу обслуживали всего 40 рабочих.

Кроме четырех собственных мельниц Н.А. Бугров по семейной традиции продолжал арендовать ряд мелких мельниц. Так, например, он не расставался с мельницей Чеботиха на реке Лемше, притоке Узолы. Годовой оброк за нее был невелик, всего 25 рублей. Особой нужды в ее аренде у Николая Александровича не было. Скорее всего, в этом выражалась благодарная память о деде, заложившем основы мельничного дела фирмы. Недаром и один из бугровских буксиров носил имя этой реки - «Лемша».

Единственное, чего не доставало Бугрову, - так это иметь мельницу в самом городе. У Башкировых, например, в Нижнем было аж две паровых мельницы.

Мельница Башкировых.

Мельница Башкировых

 

И в 1896 году Николай Александрович обратился в Городскую думу с просьбой продать ему для этой цели участок земли в 1 148 квадратных сажен в Благовещенской слободе у Ромодановского вокзала, где пустовали бывшие соляные амбары. Предложил по 10 рублей за сажень. Дума запросила по 15 рублей за сажень. Пока шли переговоры, началась «мышиная возня» в прессе, подогреваемая конкурентом М.Е. Башкировым (ему-то в свое время под свою мельницу пришлось уплатить городу по 35 рублей 45 копеек за сажень!).

Бугров вынужден был обратиться в Думу с заявлением: «В местной газете «Волгарь» за последнее время печатается ряд статей о приобретении мною от города земли... В статьях этих проводится мысль, что я обманул город и причинил ему убыток. Это совершенно неверное и вымышленное сведение разглашают по всему миру другие газеты. Считаю, что Городской думе, к составу которой я принадлежу, необходимо знать истинное положение, потому покорнейше прошу исследовать все дело». Городская управа, проверив обстоятельства, доложила Думе, что купчая на землю была совершена 6 октября 1899 года, и что Бугров за 2 ООО квадратных сажен уплатил 30 тысяч рублей по цене 15 рублей за сажень. И Городская дума единогласно постановила, что Н.А. Бугров не причинил городу никакого убытка, и поручила Городской управе опубликовать свое постановление в местных газетах. Репутация Бугрова была восстановлена, он сполна заплатил за купленное место и посрамил клеветников. Однако мельницы построить в городе так и не успел. Не дошли руки.

Тем не менее, к концу XIX века он был крупнейшим мукомолом-предпринимателем в Поволжье. По данным «Свода статистических данных о действующих в Европейской России мельницах», опубликованного в 1895 году, ему принадлежало 6 паровых мельниц из 9, имевшихся тогда в Нижегородской губернии. Средняя производительность тогдашних мельниц в России составляла 230 тысяч пудов в год. Из четырех собственных мельниц Н.А. Бугрова три превышали этот норматив, Передельновская - аж в 6 раз! По свидетельству М.П. Возатова, доверенного Н.А. Бугрова, на его мельницах перемалывалось в год до 8 миллионов пудов пшеницы, до 1,5 миллионов пудов проса.

Масштабы бугровского мукомольного производства наглядно продемонстрировала XVI Всероссийская промышленная и художественная выставка 1896 года в Нижнем Новгороде. Николай Александрович поставил на выставке собственный павильон «Крупчатое производство мануфактур-советника Н.А. Бугрова». Его мука была оценена на выставке как «превосходная», и фирма получила самую почетную награду - право маркировать свою продукцию государственным гербом. И привилегию снабжения мукой и крупами российской армии. В выставочном справочнике приводилась краткая история бугровской фирмы. В ней значилось, что основал фирму Петр Егорович Бугров в 1825 году, что деловые обороты нарастали высокими темпами: в 1825 году они составляли 100 тысяч рублей, в 1835 году - до 200 тысяч, в 1845 году - до 400 тысяч, в 1855 - до 800 тысяч, в 1865 - до 1 миллиона 600 тысяч, в 1875 - до 3 миллионов 200 тысяч, в 1885 - до 4 миллионов, в 1895 году - до 5 миллионов, то есть, по существу, удваивались с каждым десятилетием.

Вместе с другими купцами-мукомолами Бугровы превратили Нижний в «город хлебный». По суммарному производству нижегородская мукомольная промышленность в конце века лишь чуть-чуть уступала саратовской: 43 900 против 45 350 пудов в сутки.

 

Продолжение следует....

К списку статей     

По книге А. В. Седова "Кержаки. История трех поколений купцов Бугровых".

Зарегистрируйтесь, пожалуйста, чтобы комментировать материалы сайта.

GearBest.com INT
Huawei