Путешествие начнем из тупичка, образованного улицами Ульянова и Трудовой (б. Спасской).

Улица Ульянова в этом месте заканчивается, а Трудовая, образуя обрыв к Ковалихе, бежит потом в гору, к Спасской церкви. И улица, и церковь как на ладони.

Наверное поэтому М.П. Дмитриев запечатлел открывающуюся отсюда панораму. А было это более ста лет назад. Старая фотография перед нами.

Вид на Ковалихинскую и Спсскую (теперь Трудовую) улицы

 

Так давайте же рассмотрим ее и сравним с тем, что видим сейчас. Первое, что замечаем - Спасскую церковь. Слава богу, стоит на месте.

Но нет уже многих деревянных домиков. Вместо них высятся новые панельные дома.

Взглянем еще раз на фотографию.

Что еще сохранилось с той поры? Оказывается, осталась лестница, правда, теперь она чуть левее. И, конечно, на месте сама гора, на "вершине" которой мы стоим... Ну вот, пожалуй, и все. Хотя нет. Нельзя оставить без внимания такой любопытный факт: на фото почему-то совсем нет деревьев

Сейчас и улица, и обрыв, над которым мы стоим, утопают в зелени. Но что-то не слышно журчания воды. А ведь здесь, в горе, было много ключей. Чуть левее лестницы стояла даже специальная колода для полоскания белья, в которую бил ключ, чистый и холодный. Из-за обилия воды в этом месте ежегодно по весне или ранним летом случались оползни, большие и поменьше.

Может быть, из-за боязни обвалов, на горе слева от лестницы никогда не строили дома. Единственным строением, расположенным здесь и замыкающим улицу Ульянова, был домик тети Груши, которую знал каждый. Пользовалась известностью и ее необыкновенная корова. Она ходила по незастроенному косогору ловко, как коза. И все это было недавно, всего 45 лет назад.

Домик тети Груши прожил долго. Его, развалившийся и уже нежилой, снесли. А на этом месте, приклеившись к горе, стоит теперь краснокирпичная многоэтажка.

До конца 1994 года можно было наблюдать не только эти дома, но и остатки нескольких кузниц. До революции здесь жили известные в Нижнем Новгороде кузнецы Андреевы. Ничего этого уже нет, и свидетелей старой жизни остается все меньше и меньше. Только что смотрел на нас своими пятью окнами с виду еще крепкий одноэтажный дом из красного кирпича.

ул. Ульянова, дом снесли в 1996 году

 

Это с улицы он казался небольшим, а со двора видны были все три его этажа.

ул. Ульянова, дом снесли в 1996 году. Вид со двора

 

Всего один день - и старый дом исчез навсегда! Теперь его можно увидеть только на фотографии.

Пойдем далше. Дом №52 Странный какой-то: то ли из досок сделан, то ли из камня.

Современный вид бывшего особняка Басова

 

Не проходите мимо: этот дом был красавцем, еще сорок лет назад имел прекрасное крыльцо с колоннами, необычное обрамление окон, а на крыше - аттики.

Современный вид бывшего особняка Басова. Таким он был 40 лет назад

 

Но время неумолимо: штукатурка посыпалась. Реставрировать старое в те времена умышленно не хотели. И забили красоту досками, снесли навес над крыльцом, сломали аттики на крыше. Нет уже и колонн, их заменили железными трубами. Говорили, что лепнина и колонны - архитектурные излишества, которые могут рабочему человеку и на башку упасть. Исчезли и хорошие ворота, и ограда. Но людская память крепка, несмотря ни на что. Еще есть люди, которые помнят пожилую даму, рыдавшую перед домом в 1938 году. Это была бывшая хозяйка дома, возлюбленная купца Басова, который этот дом ей и подарил. Она, по-видимому, была из немок, потому что окрестные жители прозывали ее Немцовой.

В 1917 году женщину выгнали, она уехала в Петербург, а в 1938, наверное, увидела свой дом в последний раз.

Напротив дома Басова, там, где сейчас стоит дом №45, находилась усадьба Савельевых. Хозяин, Александр Александрович (1848-1916), был председателем Нижегородской земской управы, членом Государственной Думы. Почитал Веру, Царя и Отечество. А вот сын его, Максимилиан Александрович (1884-1939), уже Царя и Веру не чтил, но Отечество, наверное, в каком-то своем смысле любил, ибо считал, что дело партии правое и что только она, партия большевиков, создаст в его Отечестве жизнь, достойную людей. Недаром же еще в 1905 году М. Савельев привлекался по делу принадлежности к РСДРП. После революции, как и следовало ожидать, он стал крупным партийным деятелем, редактором газеты "Известия", а затем - газеты "Правда*: Умер, как и многие его коллеги, в 1939 году. Судьба семьи Савельевых -поучительный пример трагедии поколений, разъединенных революцией.

Следующий любопытный объект - дом, выходящий своим фасадом на Провиантскую улицу (дом №8).

Бывшая гостиница Березина

 

Мы дойдем до него быстро, пересекая бывший сад. Еще в 60-х годах проделать этот путь было бы невозможно. Нам пришлось бы идти по тротуару до угла, а затем повернуть направо. Все дело в том, что сад-то был огорожен. Высокий красивый деревянный забор сохранялся еще от дореволюционного хозяина, и местные жители не лезли через него, а заходили в калитку, если кому-то из них хотелось посидеть на лавочке среди зелени.

А вот и дом №8, к которому мы подошли. Перед нами бывшая гостиница Березина, предназначавшаяся для богатых постояльцев. Когда-то роскошные комнаты, чистые высоченные потолки, ухоженные окна вполне соответствовали обширности и солидности этого необыкновенного деревянного здания. На втором этаже, где теперь помещается коммунальная кухня, располагалась удобная ванная комната, где человек мог привести себя в порядок с дороги. На крыше – солярий.  Хочешь летом позагорать - милости просим!

Если у вас есть время, зайдите во двор и посмотрите на крышу круглой веранды. Вы сразу заметите солярий, где когда-то постояльцы принимали солнечные ванны.

В гостинице все было предусмотрено для удобства приезжающих. Так например, во дворе располагались конюшни, где оставленные постояльцами лошади всегда были накормлены и напоены. В сторожевой будке (там сейчас магазин) сидел караульщик, строго следивший за тем, чтобы во двор не заходили посторонние.

На первом этаже гостиницы находился зал, где гости могли по вечерам собираться вместе и беседовать. По праздникам в зале организовывались веселья. Желающие могли сыграть в бильярд, игорный зал находился в кирпичном здании, которое до сих пор стоит во дворе.

Получая, наверное, неплохой доход от гостиницы, хозяева не забывали помогать бедным. Кроме того, Березин каждый Новый год устраивал в гостинице благотворительную елку для окрестных детей. Хозяева всегда помнили о Боге, и поэтому в каменном трехэтажном пристрое (во дворе) устроили домашнюю церковь. В бывшей церкви сейчас квартира, но сводчатые потолки сохранились.

А теперь обратите внимание на кирпичное парадное крыльцо, которое при всей своей обшарпанности сохранило следы былой красоты. Справа от него, тоже в кирпичном помещении (там, где фриз на темном фоне), находилась оранжерея, а в подвале под ней (в нем сейчас живут люди) хранили корешки разных растений, в том числе клубни георгинов, которые весной высаживали в клумбы. Небольшой изящный фонтан в форме чаши освежал воздух во дворе. Сохранилась фотография, где бывшие хозяева запечатлены на фоне этой красоты, конечно, сейчас не существующей. Правда, сама чаша сохранилась: в ней теперь клумба для цветов. Старые жители рассказывают, что Березины очень любили живую природу и потому в своей квартире, находившейся при гостинице, содержали аквариумы, в которых плавали экзотические рыбки. Владельцы гостиницы прожили в этом доме несколько лет, а затем сменили место жительства. С той поры прошло много-много лет. Бывшие хозяева давно уже умерли. А где же их потомки? Живы ли? Расскажем, что знаем о предках этой семьи и о ее потомках.

Емельян Башкиров, известный нижегородский мукомольный магнат и благотворитель, имел сына Якова (о нем позже), у которого, в свою очередь, родилась дочь Александра, вышедшая впоследствии замуж за городского архитектора Иванова, талантливого специалиста. Он, к сожалению, окончил жизнь трагически. Овдовев, она вышла замуж во второй раз, уже за инженера Дмитрия Федоровича Березина. И с той поры гостиницу, которая фактически принадлежала Александре, в народе стали называть Березинской.

Семейная жизнь шла своим чередом, и казалось, уже ничто не могло угрожать спокойной жизни Александры, урожденной Башкировой, но... случилась революция, в корне изменившая судьбу башкировских потомков. Их долго и тягостно преследовали "за происхождение". Естественно, продолжить благородное дело своих предков они не смогли. Судьба распорядилась так, что некоторые из них оказались за границей. Так например, внучка Березина, то есть правнучка Я.Е. Башкирова, - Светлана Борисовна в настоящее время живет в США. Вот и все о бывшей гостинице и об именах, когда-то давно с нею связанных.

Посмотрим, что еще расскажет нам уже дом №10 по улице Провиантской. Оказывается, это было владение скорняка Спиридонова. Умер скорняк, оставив дом трем своим сыновьям. И жить бы им всем в родном городе, ан нет - судьба распорядилась по-своему. Первый сын уехал в Москву, где и умер. Второй сын продал свою часть и уехал в теплые края. Третий сын перед смертью отдал свою часть какому-то предприятию, и не осталось в доме никого из рода скорняка.

Бывший дом Спиридоновых

 

Далее наш путь пролегает вдоль длинного забора. За ним - городская психиатрическая больница. Здесь и работал знаменитый Кащенко.

А напротив ИПФ РАН - институт прикладной физики Российской Академии наук. На его месте раньше стояли старинные особняки, в том числе и кирпичные. А один из домов имел вход-подкову (в точности такую же, как у дома №35 по ул. Пискунова). В левой части квартала располагался липовый сад. Уничтожены и дома, и липы.

Дома на пересечении улиц Ульянова и Семашко описаны в предыдущих главах. Остановимся перед драненьким четырехэтажным домом из белого кирпича (№37). Это общежитие студентов Нижегородского университета. Вроде бы ничего интересного. Но зайдите во двор, встаньте спиной к общежитию - и вы в прошлом веке.

Старые деревянные дома, деревянные сараи, деревянные развалины - остатки дома кукольницы в углу двора (этим остаткам около 200 лет), огромная лиственница с деревянными скамейками на вершине!

Примечательно здание под №38.

Бывший дом врача и революционера Мицкевича

 

Мемориальная доска напоминает, что здесь с 1910 г. по 1914 г. жил писатель, врач общественник член РСДРП с 1903 г. Сергей Иванович Мицкевич". Попробуем пояснить некоторые слова из надписи. Начнем с "писателя". Действительно, С.И. Мицкевич (1869-1944) в конце жизни занимался литературной деятельностью. Достаточно известна его книга "Записки врача-общественника". А вот что означает слово "общественник", написанное на доске, сказать трудно. Может быть, оно подразумевает, что Мицкевич был крупным партийным и государственным деятелем, одним из первых организаторов советского здравоохранения? А может быть, это слово вбирает в себя и годы его жизни, когда он создал (1922) Музей Революции и был затем (1924-1934) его директором? Кто знает... А вот год вступления общественника, писателя и врача в РСДРП (1903) указан неправильно. На самом деле он состоял ее членом уже в 1893 году, о чем, кстати, напоминает нам другая мемориальная доска, находящаяся по месту работы Мицкевича - в городской психиатрической больнице (Ульянова, 41). На этой, второй доске, следующий текст: "Здесь с 1910 по 1914 год работал Сергей Иванович Мицкевич - революционер, врач, публицист. Член РСДРП с 1893 года". К сожалению, и в этой надписи какие-то странности. Почему слово "революционер" на первом месте? Ведь в больнице работал прежде всего (тем более, что это 1910 год!) врач и, похоже, врач грамотный и хороший. Это же он служил в 1897 году окружным врачом в Якутске, он организовал в Среднеколымске больницу и лепрозорий, он изучал специфические болезни местного населения, например одержимость. Им же написан большой труд, посвященный изучению этой болезни. Вот кто такой Мицкевич. А чем руководствовались специалисты, составляя таким образом надписи на досках (да еще с ошибками) - можно только догадываться.

Итак, в доме №38 жил врач и революционер Сергей Мицкевич. Работал (но чуть позже) в той же больнице, что и Кащенко. Вот и все.

Следующий, соседний дом под №36 занимал Карл Иванович Элухен, затем его сын Альберт.

Бывший дом Элухена

 

Ухаживали они за своим домом здорово. Пристроили симпатичную каменную галерею. Посмотрите: она слева. Разбили возле дома сад. А потом решили устроить канализацию. По тем временам это было редкостью. "Проект устройства канализации во владении Альберта Карловича Элухен" был одобрен Нижегородской управой 9 мая 1917 года. Не известно, успел ли Альберт Карлович сделать в этом плане хоть что-то или революционеры его от этих забот освободили, выгнав на улицу. Зато известно, что какие-то братья Элухен на выставке в Московском пассаже арендовали около трети всей площади для демонстрации своих товаров. Это было во времена НЭПа. В 1937 году они вдруг оба исчезли. До нас дошло о фирме "Элухен" не так много. Существовала она с 1879 года. Главная контора помещалась на Рождественской улице в пассаже Блиновых.

Рождественская и Блиновский пассаж

 

Фирма "Элухен" торговала паровыми машинами, насосами, станками, арматурой, стальными канатами.

Рождественская и Блиновский пассаж

 

Имелась у них на Мызе фабрика по производству масляных красок, олифы и лаков. В общем, умели люди трудиться и на фабрике, и дома.

Такой же занятый и талантливый человек жил и в доме напротив (№33). Я говорю о богатом пароходчике Волкове. Из Волковых в этом доме никого не осталось. Но кем были те две седые дамы, которые в сорок пятом - сорок шестом годах частенько сидели на левом балкончике с книгами в руках и обязательно под белыми зонтиками? Как смогли эти люди, так не похожие на тогдашних нас, вообще сохраниться? В 1945 году о белых зонтиках никто не помышлял, и народ прямо-таки глазел на этих старых интеллигентных женщин.

Бывший дом Волкова

 

Не пробежать бы нам мимо дома №34. Он тоже изуродован досками, как и особняк Басова. Здание когда-то было отделано лепниной, но вся она теперь под досками, и дом стал очень напоминать сарай. Говорят, здесь бывал знаменитый Карелин, а может быть, даже жил, только недолго. Во дворе этого дома вы увидите очень приличное здание из красного кирпича (№34-А). Это бывшее владение городского архитектора Н.П. Иванова, который рано ушел из жизни. Сначала все складывалось у него хорошо. Уже в 31 год по проекту Треймана, Трамбицкого и фон Гогена он возвел здание Главного Дома Нижегородской ярмарки, получив высокую оценку своей работы. В семье тоже все было нормально. Его жена - дочь Я.Е. Башкирова (об этом написано). И вдруг - трагедия. Иванов кончает собой (стреляется), не перенеся необоснованных обвинений по поводу спроектированной им и рухнувшей стены павильона Ярмарки.

Своя судьба и у здания под №29. Зайдем сначала во двор. Старая веранда говорит сама за себя. Чей же это был дом? Аптекаря Ремлера Ивана Федоровича.

Имя Ремлера нижегородцы хорошо знали. Помнили, что в 1883 году он приобрел у Василия Егоровича Эвениуса аптеку и продолжил его дело. Аптечное здание существует до сих пор (ул. Варварская, дом №4).

Здание аптеки Эвениуса-Вильбушевича на Варварке
Здание аптеки Эвениуса-Вильбушевича на Варварке

 

Дом №29 удивительно сохранился. Хотя у него надстроен этаж, он  почему-то совсем не изменил свой облик как это обычно бывает.

Бывший дом Ремлера

 

Нельзя не упомянуть о жившей в соседнем доме (№27 - снесен) семье Садовских. Старший, А .Я. Садовский, служил в удельном ведомстве, а по выходе в отставку возглавил Губернскую архивную комиссию и снискал изизвестность историка и краеведа. Трагически сложилась судьба его сына Бориса, талантливого поэта. Окончив Нижегородскую гимназию, Садовский-младший (себя он называет несколько измененной фамилией - Садовской) в 1902 году приезжает в Москву. Скоро он завоевывает популярность как поэт. О нем говорит вся Москва. Его много печатают и многие читают. И вдруг - паралич! Ему всего 35 лет, а он не может передвигаться! Родители забрали своего бедного сына к себе в этот самый дом №27. Революцию он встретил в родительском доме, прикованный к креслу.

В начале 30-х годов поэт переезжает в Москву и живет на территории Новодевичьего монастыря. У него появляется хоть какая-то отрада. Есть жена. Но рука уже не держит перо, и жена пишет под его диктовку. Очень тяжело жить Борису Александровичу. Друзья, как могут, пытаются облегчить его физические и моральные страдания. Поэта любят и уважают. Марина Цветаева, уезжая в 1941 году в эвакуацию, оставляет ему на хранение свои рукописи.

Садовский остался парализованным до конца жизни. Умер он в 1952 году в возрасте 71 года.

Давайте вспомним Бориса Александровича до болезни. Это был, выражаясь современным языком, хохмач. Он говорил: "Петросква", "Кузневский моспект". Не дурак был выпить. Любил повторять: "Пьянство есть совокупление астрала нашего существа с музыкой" (ударение обязательно на "ы"). Имел не менее десятка портретов Николая I. Были и все другие цари, кроме Александра II. Его не любил. "Всех возил с собой". Насчет чаевых: давал то пятак, то 25 рублей. У Садовского в прислугах служил пьяница Тиняков. Бегал за папиросами. Был очень ученый: знал досконально Талмуд, помнил многое из Канта. Писал стихи, например такого содержания:

Любо мне плевку, плевочку,

По канавке проплывать,

Скользким боком прижиматься...

Индейка-судьба распорядилась по-своему. Садовскому уготовила инвалидную коляску, Тиняков ушел в революцию, в ЧК.

Пойдем дальше и посмотрим на дом №24, кирпичный, бывший доходный. В нем было три этажа, но по высоте он соответствовал четырехэтажному. Большие лестничные площадки, хорошие лестницы, хорошие окна. После 1917 года жил в нем известный революционный писатель Малашкин. На этом месте сейчас зеленая площадка около вновь построенного института. Во дворе, находился дом №22, где жила поэтесса Анна Дмитриевна Мысовская. Ее хорошо знали Некрасов и Островский. Оба одобрительно отзывались о ее стихах. Так например, Островский в одном из писем к Мысовской написал: "Вы превосходно пишете стихи: после смерти А. Толстого никто так не владел русским языком, как Вы".

Анна Дмитриевна родилась в 1838 году. С 1874 до самой смерти (1912) жила в Нижнем Новгороде. В этом доме у нее бывали Короленко, Гациский, Горький.

Тогда же где-то совсем рядом жил в собственном доме Сруль Янкелевич Гак. Но дома уже нет, человека тоже. Осталось в документах и памяти только забавное имя неизвестного нам домовладельца.

Забудем на время несуществующие уже здания, повернемся к существующему. Дворец творчества юных. Бывший Дворец пионеров.

Бывший Крестьянский поземельный банк. Наши дни. Фото Ермаков А

 

Красота! Стоит действительно дворец, и не важно - чей.

Бывший Крестьянский поземельный банк, построенный до революции

 

Правда, построен он был для Крестьянского банка в 1913 году (300-летняя годовщина царствования дома Романовых). И выдавали в том банке ссуды крестьянам Нижегородской губернии.

Бывший Крестьянский поземельный банк, построенный до революции

 

А мы с вами пойдем дальше. Обратим внимание на дом №5. Вот оно, святое место! Здесь стояла Тихоновская церковь, по имени которой получила свое название и улица. Это уже потом ее переименовали в честь отца Ленина - И.Н. Ульянова - преподавателя гимназии (теперь Педагогический университет), располагавшейся на этой улице.

Уничтоженная Тихоновская церковь. Справа видна Варварская церковь (снесена).Вдали Единоверческая (снесена)
 

Тихоновская, или Сретенская церковь была построена в 1742 году. Колокольня - в 1811 году. И через двести лет, в 1942 году здание церкви еще стояло. В нем был гараж. После войны все снесли. Разграбили, естественно, еще раньше. Бесследно исчезли старинные иконы, и среди них -икона Божией Матери "Неопалимая Купина", защищавшая от пожаров. Наверное, сожгли Еванглие 1698 года, а с напрестольными крестами с частями мощей разных святых и вовсе неведомо как поступили. Можно только предполагать...

Вспомним, почему же церковь называлась Тихоновской. А дело было так: еще в 1621 году на месте Тихоновской церкви стояла деревянная церковь Афанасия и Кирилла. Недалеко жил человек по имени Василий, женатый на Феодоре. Оба они умерли в один день 5 октября 1859 года от чумы и похоронены возле церкви Св. Дмитрия Солунского. Это место находится приблизительно за памятником Козьме Минину. Остался у них сын Тимофей, которого очень любила его тетка Наталья Самарина и поэтому взяла мальчика на воспитание. Основным занятием племянника стало чтение Священного Писания и молитва над могилами родителей. Когда мальчик подрос, он роздал все имущество (к тому времени приемные родители умерли) и нищим вступил в Благовещенский монастырь. Усердием и умом он снискал уважение архимандрита Пафнутия, который постриг его и нарек Тихоном.

Впоследствии Тихон стал митрополитом и соорудил Благовещенский собор (располагался на нынешней площади Минина), назвав его так в память того, что он (Тихон) был пострижен в Нижегородском Благовещенском монастыре. Умер он в 1728 году, много сделав для народа, очищая души людские и указывая на правильный путь в жизни.

Через некоторое время родственники Тихона построили на свои деньги Тихоновскую церковь, один из престолов которой был посвящен Святому Тихону Амафунскому. Отсюда и прежнее, исконное название улицы - Тихоновская. Как и всякий храм, описываемый нами, церковь опекала обиженных. При ней (напротив, через дорогу) имелся детский приют (там теперь институт ПМК). На крыше возвышался крест, который означал, что это богоугодное заведение.

Второй детский приют на ул. Тихоновской (Ульянова). Ныне здесь НИИ ПМК и учебные аудитории ННГУ

 

Крест снесли сразу после революции, а после 1945 года здание надстроили на этаж. Но дом сохранил свою индивидуальность, и на старых фотографиях его сразу узнаешь.

Бывший приют при Тихоновской церкви (здание надстроено). Наши дни. Фото Ермаков А

 

Во дворе института виден дом с колоннами. Ему более двухсот лет. Считается, что здесь в конце XVIII века жил епископ Дамаскин (в миру Дмитрий Семенович Руднев) . Он был человеком чрезвычайно образованным и умным: являлся профессором философии и членом Российской Академии наук.

Подойдем к маленькому деревянному домику под №8. Здесь, согласно многим краеведческим изданиям, в бывшем доме Аверкиева жил Николай Михайлович Карамзин во время вынужденного бегства из Москвы (1812-1813 годы). Он продолжал трудиться над "Историей Государства Российского". В этом же доме произошло печальное событие: умер его сын Андрей. Мальчик был похоронен в Печерском монастыре.

Слева направо: дом где жил Карамазин. Бывший приют при Тихоновской церкви (здание надстроено). Конец ХХ века

 

Дом №4 - владение Брылина. Здесь квартиры сдавались внаем. Если фасад дома выглядит привлекательно,

Бывший дом Брылина. Виден бывший дом Зайцева

 

то, войдя во двор через арку, мы замечаем какие-то страшноватые строения из красного кирпича.

Бывшие доходные дома Брылина

 

Видимо, здесь снимали комнаты и квартиры люди попроще. В глубине двора еще недавно стоял флигель, построенный тоже из красного кирпича. В нем жили извозчики: ломовой и легковой. Когда надобность в них отпала, оба они уехали куда-то, а флигель их со временем развалился.

А вот и бывшая гимназия.

Здание бывшей гимназии. Наши дни. Фото А. Ермакова

 

Теперь это здание принадлежит Педагогическому университету.Наше путешествие по улице Ульянова закончено, потому что следующие дома стоят уже на площади Минина. Но очередь дойдет и до них.

 

Продолжение следует....

По книге М. Смирновой "Нижний Новгород до и после"

Все неточности (и ошибки), допущенные автором книги нами, по возможности, исправлены. Возможно что-то пропустили, будем рады замечаниям. 

Зарегистрируйтесь, пожалуйста, чтобы комментировать материалы сайта.

GearBest.com INT
Huawei